9
Чемпионат

«По деньгам упал в 3-4 раза». Трансфер из России в Европу, который почти не заметили

Виталий Лысцов
Почему воспитанник «Локомотива» Лысцов оказался не нужен в РПЛ и как вернулся в Португалию.

В первой половине 2010-х футбольный менеджер Толстиков затеял интересный бизнес-проект в самой западной стране Европы. Он приобрёл скромный португальский клуб «Лейрия», через который планировал раскручивать и перепродавать молодых талантливых игроков, в том числе с постсоветского пространства. В итоге лишь один из российских подопечных Толстикова попал в систему большого клуба: воспитанник «Локомотива» Виталий Лысцов — в «Бенфику». Спустя 10 лет защитник вернулся в исходную точку своего европейского приключения. Но уже другим игроком и в другую «Лейрию». Об этом и не только — в обстоятельном интервью с Лысцовым.

Сколько жизненных трагедий пережил Лысцов



Как изменился клуб за прошедшее время?

— В прошлый раз у меня очень короткая была остановка здесь. За полтора-два месяца набрал физические данные и поехал на просмотр в «Бенфику». На что сразу обратил внимание — поле в Лейрии стало получше, тренажёрный зал добавился на стадионе, а в клубном автопарке — два новых автобуса. Главное — команду очень хотят продвинуть в Примейру. Спонсоры серьёзно настроены на этот счёт: делают интересные маркетинговые ходы, привлекают болельщиков. На стадион иногда приходит по 12-13 тысяч человек — приличный показатель для второго дивизиона. Игрокам тоже создаются качественные условия для работы: хорошая экипировка, проживание, отели, питание. По сравнению с самой собой 10-летней давности «Лейрия» сильно добавила, изменения колоссальные. Сегодня это гораздо более интересный проект, чем тогда. Честно скажу: удивлён и восхищён.

Александр Толстиков сегодня имеет к нему отношение?

— Нет, Толстикова здесь нет. В клубе совсем другие руководители, португальцы.

Кто-то остался в клубе с 2014-го?

— В тренерский штаб входит Зезиньо, с которым я ещё играл. На стадионе вижу много знакомых лиц — бывших одноклубников, но в команде больше никого с 2014-го не осталось.

Ты тоже по сравнению с самим собой 19-летним стал совсем другим человеком и игроком?

— Человеком я, наверное, остался таким же, с доброй душой и позитивом. А как игрок — да, совсем иначе себя чувствую. Какой-то фундамент уже есть. Знаю, чего хочу. Какие-то моменты детского футбола давно перерос и уже сформировался как взрослый центральный защитник, который должен играть, проявлять себя и допускать меньше ошибок.

Язык не забыл?

— Не забыл. Спокойно общаюсь, понимаю. Конечно, есть к чему стремиться. Не помешало бы пойти в португальскую школу и усовершенствовать язык.

Теперь ты не один приехал. С женой веселее?

— Да, приехал с супругой, а недавно ещё и дочка родилась. Сегодня три недели исполнилось. Для нас это великое событие — как, наверное, и для каждого человека, у кого рождаются дети. Счастью нет предела. Это очень вдохновляет и мотивирует. Какие бы ни были проблемы в жизни, рядом с ребёнком всё уходит на задний план. Даже когда сил не остаётся, ты их достаёшь откуда-то.
«По деньгам упал в 3-4 раза». Трансфер из России в Европу, который почти не заметили ВИТАЛИЙ ЛЫСЦОВ С ЖЕНОЙ УЛЬЯНОЙ
Как твоих девушек зовут?

— Жена — Ульяна, дочь — Мия. Помимо них, меня окружают ещё две женщины — это наши мамы. Приехали поддержать, помочь. Всё-таки мне надо высыпаться, чтобы оставались силы для тренировок. Это очень важно во избежание травм. Слава богу, справляемся, всё хорошо.

А папы?

— Моего отца, к сожалению, два года назад не стало. Папа перенёс онкологию, лишился некоторых органов. После этого болеть ему было нельзя. Ковида организм не выдержал. Всё очень быстро и неожиданно для нас произошло.

Соболезную.

— Спасибо. Это жизнь. А Ульяна ещё в детстве лишилась отца. Для неё отчим стал папой. Он в нашей жизни присутствует и будет отдуваться за всех, кого нет (улыбается). У меня ведь тоже был отчим, и тоже умер. Поэтому с дедушками у нас большие проблемы. И деда по папиной линии у меня не было. Бабушка до девяти лет растила. А потом её не стало. Братья двоюродные у меня ушли из жизни в раннем возрасте. Мужской род Лысцовых хромает в этом плане.

Кошмар какой.

— Да, но родственников у нас достаточно. У мамы три сестры, брат, у всех дети. Мы очень друг друга любим, поддерживаем и проживаем все эти моменты вместе.

ВИТАЛИЙ ЛЫСЦОВ С МАМОЙ, ЖЕНОЙ И ЕЁ РОДИТЕЛЯМИ

Почему он не продлил контракт с «Бенфикой», а Первой лиге России предпочёл Сегунду



Беременность супруги стала решающим фактором возвращения в Португалию?

— Это тоже учитывалось. Но в большей степени повлияло то, что у меня не было ни одного предложения из РПЛ. Никого не находилось, кто бы мог помочь среди агентов или других заинтересованных людей. Мы удочки позакидывали в клубы, однако никто на связь не выходил. Может, и был у кого-то интерес, но его обрубали, не знаю. А в Первой лиге я никогда в России не играл и начинать не хотел. Посчитал, что лучше поехать в португальскую Сегунду. Всё-таки с прошлого приезда осталась некая недосказанность.

Какого плана?

— У меня была возможность продлить контракт с «Бенфикой», подписавшись с агентством Жорже Мендеша. Соглашения были совместные — нельзя было только одно выбрать. В итоге агент отсоветовал от этого варианта. Хотя компания Мендеша хорошо развивает карьеры футболистов. В какой-то степени я был рад и счастлив вернуться домой, в Россию. Плюс «Крылья Советов» — очень хорошая команда, которая запала мне в сердце. Всего за сезон для меня всё и все стали в Самаре родными. Команда и болельщики были как семья. Эта атмосфера отвлекла от разочарования, что уезжаю из Европы. Но спустя время я всё равно принял решение вернуться в Португалию. Здесь уже все факторы сошлись, включая беременность жены. Мы посчитали, что ей и ребёнку будет полезен местный климат, а мне — возможность сосредоточиться на футболе. Для меня ещё большой плюс — отсутствие долгой паузы зимой. Мне лучше, когда чемпионат идёт целый год, а отдых дают летом.

В российском футболе существовало какое-то предубеждение против тебя?

— У меня был негативный опыт, но я не буду рассказывать, что конкретно произошло. Возможно, врождённая преданность сработала против меня. У нас никогда не было контракта с агентом. Но нам пришлось разойтись, и больше я ни с кем не работал. Если бы какое-то предложение поступило, я, конечно, рассмотрел бы его. Понимаю, что в таких случаях две стороны хотят заработать, а я за деньгами никогда не гнался, всегда на первый план ставил футбол и своё развитие. С возрастом начал всё немного переосмысливать. Пришло понимание, что нужно зарабатывать и обеспечивать семью. Как меня будут оценивать, от меня самого зависит, от моей работы. На данный момент я вернулся в Португалию, играю в чемпионате, всё вспоминаю. Для меня здесь всё уже как будто бы родное. Таких стрессовых ощущений, как в первый раз, не было. Хотя тогда тоже повезло, что Толстиков был президентом клуба и четверо футболистов были русскоязычными. Мы друг друга поддерживали. И в целом коллектив тогда отличный подобрался. Английский я не знал. Из языков владел только русским. Уже в Лейрии немного набил базу португальских слов. Это очень помогло потом в «Бенфике» — хотя бы что-то уже мог говорить.

А сейчас как ты в «Лейрию» попал?

— Все мои португальские знакомые знали, что «Лейрия» ищет центрального защитника. На меня много раз выходили — и когда в «Ахмате» играл, и когда без команды сидел. У меня была странная ситуация с коленом — никто не мог поставить точный диагноз. Оно постоянно воспалялось и опухало. Страшно с ним мучился. Только форму наберу — бац, пауза на неделю. В итоге принял решение на полсезона ни с кем не подписываться, а поехать и наконец вылечиться. Полетел в Италию, потом в Сербию. Восстановился и перешёл в «Химки». Всё это время меня «Лейрия» звала к себе. Обещали решить вопросы со здоровьем: «Только приезжай, помоги». После вылета «Химок» из РПЛ я решил не продлевать контракт и вернуться в Португалию.

Обошёлся без посредников?

— У меня есть друг, работающий в бразильском агентстве. Мы в «Бенфике» ещё познакомились — он там одно время работал селекционером, помогал начальнику команды. Этот друг и сопровождал меня при подписании контракта. Формально он меня в «Лейрию» завёл, но с директором, президентом клуба я общался напрямую.

О чём спрашивают португальцы у единственного россиянина в лиге



Из русских футболистов в профессиональных лигах Португалии только вы со Злобиным остались. На связи с Иваном?

— Не прямо постоянно общаемся, но друг за другом следим. Можем поздравить друг друга с днём рождения или просто поболтать. Когда я только прилетел, мы с Ваней созвонились, поговорили. Мы давно знакомы и всегда готовы подставить друг другу плечо.

В Лейрии круг общения — в основном местные?

— Иногда могу с коллегами где-то посидеть, но основной круг общения у меня сейчас — семья. Особенно после рождения дочери. С друзьями в России тоже на связи.

К единственному русскому в дивизионе особое внимание?

— Ничего такого не чувствую. Ко мне относятся как к футболисту, профессионалу. Никакого предубеждения по национальному признаку точно нет. Всё так же, как у всех.

Португальцев вообще интересует, что происходит у нас?

— Конечно, у меня спрашивают, что у нас в России, какие моменты. По поводу СВО (формулировка изменена в соответствии с действующим законодательством. — Прим. «Чемпионата») много вопросов. Я особо не разговариваю на такие темы. Если бы у меня были ответы на эти вопросы, может быть, поделился бы с ними. Но у меня их нет. Я в политике не разбираюсь. Просто говорю, что в России всё спокойно, чемпионат и жизнь всё так же продолжаются. Что в РПЛ по-прежнему много иностранцев, у всех хорошие зарплаты, условия — всем очень нравится и жизнь в России, и уровень футбола. Говорили, что упадёт в связи с отъездом иностранцев, а он не упал.

Кто ещё из сборной России мог бы заиграть в Европе на уровне Головина и Алексея Миранчука



Вот и Игорь Шалимов мне говорил, что ему стало интереснее РПЛ смотреть.

— И мне. Клубы стали активнее привлекать молодёжь, и эта молодёжь начала очень хорошо себя проявлять. Любой клуб возьми — «Динамо», «Локомотив», «Спартак» — везде своих воспитанников подтягивают, и ребята выдают классные игры. Благодаря этому у нас и сборная сейчас приличная. Она же теперь не просто обороняется и бьёт мяч за шиворот защитникам. Не только защита, физика, борьба. Стали больше играть технично, держим мяч в разных фазах, совершаем хорошие переходы и показываем красивый футбол. У нас очень сильные игроки, и я очень рад, что им стали предоставлять больше шансов. И многие ими воспользовались. И иностранцы в Россию приезжают — баланс сохраняется. Раньше был, допустим, Вагнер Лав — один из лучших нападающих. А сейчас в различных топах фигурирует много русских ребят — качественных нападающих, полузащитников, защитников, которые ничем не уступают легионерам. На каждой позиции у нас есть достойные исполнители. Этот прогресс очень радует.

«От игры сборной с сербами я вообще кайфанул»
Кого-то персонально выделишь?

— Я больше за своими ребятами смотрю, с кем сам рос. Мира Лобанцев, Аршак Корян, Миранчуки, Давид Озманов, Лёша Курзенёв. Вот за них я топлю (смеётся).

Самую успешную карьеру из одноклассников по «Локо» Алексей Миранчук сделал?

— Для меня оба брата Миранчука — очень сильные футболисты. Я не знаю мыслей Антона, но, если он уедет в Европу, уверен, будет тоже очень достойно там смотреться, как и Лёша. В российском чемпионате человек в любом матче выделяется — даже элементарной обработкой мяча, мыслью, движением. Антон его сразу вперёд обрабатывает. Его пас разрезает линию обороны. Конечно, хотелось бы на него посмотреть в Европе. Уверен, у него получилось бы. Но раз он пока в «Локомотиве», желаю ему там и дальше играть без травм и проявлять себя. От игры сборной с сербами я вообще кайфанул. И Лёха забил, и Антон. Видно было, что игровое взаимопонимание никуда от них не делось. А когда у братьев под рукой есть ещё и Головин, который тоже очень тонко чувствует ритм игры, получается вообще красота: все эти пяточки, комбинации.

ВИТАЛИЙ ЛЫСЦОВ ПРОТИВ АНТОНА МИРАНЧУКА
Первый дивизион Португалии — приличный уровень?

— Очень приличный. Я это ещё в «Бенфике-Б» ощутил. Что с первым, что с последним местом тяжёлые игры. У тебя каждый тур — это полная концентрация, где нужно отдаваться вне зависимости от того, первым номером играешь или вторым. Мы как раз сейчас много очков упустили в матчах с последними местами. Владели мячом, преимуществом, но раз проиграли 0:1, второй — и из турнирной гонки выбились. Скорее всего, уже в следующем сезоне будем стараться выйти. У меня контракт до лета — не знаю, как дальше жизнь сложится. А пока ближайшая задача — это оставшиеся восемь матчей. Восемь финалов. Нужно выйти и максимально хорошо сыграть, а дальше посмотрим.

«Лейрия» всерьёз собиралась за один сезон подняться из второго дивизиона в первый?

— Такие планы были, да. Если бы вы посмотрели нашу игру, поняли бы, что это возможно. Просто чего-то не хватало в плане набора очков, а не игры. Моментов насоздавали много — где-то реализация хромала, где-то концентрацию теряли и пропускали. Чисто футбольные моменты, ничего не поделаешь.

Когда «Спортинг» в Кубке приехал — разницу сразу ощутили?

— Со «Спортингом» у «Лейрии» разница, конечно, большая. Это одна из лучших команд Португалии, которая конкурирует с «Бенфикой» и «Порту». Состав у них очень мощный. Может быть, они где-то даже не в полную силу с нами играли, но высокий футбольный класс всё равно чувствовался. Если во второй лиге где-то думаешь, что человек не исполнит такой тяжёлый пас, можешь метр не добежать, то эти — исполняют. Ты знаешь, что они в любой момент мяч в ножку своему вложат, поэтому нужно везде бежать до конца.

ВИТАЛИЙ ЛЫСЦОВ ПРОТИВ «СПОРТИНГА»
Когда к «Бенфике-Б» приезжали, ностальгия немножко не нахлынула?

— Не немножко, а конкретно нахлынула! Очень тепло там встретили. В команде осталось много людей в административном, тренерском штабе, с которыми я работал. Сразу объятия начались. Пообщались, вспомнили. Один вопрос у всех был: «Почему ты тогда не остался, а уехал в Россию? Здесь у тебя всё было бы иначе». Но я такой человек, что никогда ни о чём не жалею. Что ни делается в жизни — на всё воля Всевышнего.

А реально тогда было достигнуть основы «Бенфики» или без шансов?

— Я долгое время тренировался с первой командой, а играл за «Бенфику-Б». В таком клубе всё возможно. Люди знают, когда тебя подводить к основе. Эта школа работает очень грамотно, они находят индивидуальный подход к каждому футболисту и анализируют просто все данные — скорость, прыжок, единоборства, мышечная масса, жировая прослойка. Полный контроль футболиста. Думаю, и мне было реально себя проявить и заиграть в первой команде. А потом могли бы даже и продать — это соответствует политике «Бенфики». Клуб даёт игроку шансы проявить себя, а потом продвигает дальше, круто зарабатывая на трансферах. 100% надо было мне подписывать тогда контракт и оставаться. С кем бы я ни общался, все говорят: с «Бенфикой» моя карьера сложилась бы иначе.

Стоит ли молодым россиянам уезжать в Европу



Как у ребят из первого русскоязычного набора «Лейрии» сложились судьбы?

— Лёша Панфилов уже работает спортивным директором в «СКА-Хабаровск». Там же играет Юра Бавин. Общаемся. Где Павел Дронов, не знаю. С Томасом и Андрюсом Рукасами тоже поддерживаем контакты. Ломакин — вообще близкий для меня человек. Мы с ним вместе росли в академии «Локомотива», но в «Лейрии» разминулись. Я к ним потом в гости приезжал — ездили на пляж, гуляли.

Сейчас не считаешь ошибкой переезд в Европу в совсем юном возрасте?

— О чём тут говорить? Я, наоборот, счастлив, что прошёл такую школу за эти пять лет. Таких условий и такого подхода к футболистам никогда раньше не встречал. Это был очень полезный опыт. Я уехал в 19 лет, а сейчас считаю, что туда сразу после наступления 18-летия можно смело ехать. Чем раньше — тем лучше.

Молодым посоветовал бы?

— Посоветовал бы, конечно. Это интересный жизненный этап. Вчера я ещё играл в «фифу» Жулио Сезаром или Луизао, а тут — раз — тренируюсь с ними в одной команде. Они тепло ко мне относились, шутили. Впервые я такое прошёл в «Локомотиве», когда подавал мячи Лоськову, Торбинскому, Павлюченко, Сычёву. На этих людей смотришь и сам стремишься стать футболистом, а потом вырастаешь и выходишь с ними на одно поле. Это очень многого стоит.

Разговоры об интересе «Зенита» в 2017 году имели под собой хоть какую-то почву?

— На меня никто не выходил, а с агентом мы эту тему особо не обсуждали. Знаю, что «Бенфика» на меня делала ставку, и я сам хотел развиваться в этом клубе. Видел статью в португальской газете, где приводилась цитата кого-то из руководителей «Бенфики»: «Мы продадим российского гиганта в 10 раз дороже, чем сами покупали». Меня эти слова очень вдохновили.

Почему у Лысцова не сложилось в «Локомотиве», а «Факел» не захотел брать его даже бесплатно



Наверняка не таким ты представлял себе возвращение в родной «Локомотив»?

— Естественно. Не пошло у меня там. Не ощущал доверия — как будто брали только для тренировочного процесса. Кикнадзе меня поддерживал, но у него и у самого тогда был непростой период с болельщиками. Новое руководство в мою сторону вообще не смотрело.

Николич на тебя не рассчитывал?

— Он нормально ко мне относился, однако перед ним стояла задача давать результат, а в команде были неплохие центральные защитники. Чорлука вообще незаменимый был. А вторая позиция миксовалась, но больше Николич ставил на своих ребят — на того же Райковича.

Многие недоумевали, как он вообще оказался в команде.

— Он хороший парень, трудолюбивый. Не могу про него сказать ничего плохого. В первую очередь за собой слежу. Но Райкович элементарно больше поддержки ощущал от тренера-соотечественника, чем я. В итоге у меня не получилось в «Локо».

Особенно обидно было практически всю Лигу чемпионов в 2020-м посмотреть с лавки?

— Особенно обидно было, когда наконец-то представился шанс в Лиге чемпионов. И я даже близко не сыграл на том уровне, на котором могу. Был мандраж, не справился психологически — не удался мне тот матч («Локомотив» — «Ред Булл» — 0:3. — Прим. «Чемпионата»). Однако ощутить эмоции от дебюта в ЛЧ всё равно было прекрасно.

Перенервничал?

— Да. Но игрока по-разному можно настроить на большой матч. Одно дело — поддержать словесно, сказать: «Выйди, не переживай». А я этой поддержки вообще не чувствовал. Из-за этого, возможно, и не проявил себя нужным образом. Опять же, это только моя вина. Я футболист, мне даются шансы, и я должен сам совладать со своими эмоциями, выйти и показать себя. В футбол хотят играть миллионы, и каждый должен самостоятельно себя проявлять и выдерживать конкуренцию. Винить мне некого, кроме самого себя.

Обычно игрокам ротации дают практику в кубковых турнирах, а ты в победном для «Локо» розыгрыше ни минуты не провёл.

— Ну да, игровой практики было совсем мало. Не знаю, с чем это связано. Что было, то было.

ВИТАЛИЙ ЛЫСЦОВ В «ЛОКОМОТИВЕ»
Нефутбольные причины у этого игнора могли быть?

— Нет, я неконфликтный и достаточно трудолюбивый человек. Даже если мне не дают играть, всегда выполняю свою работу честно и качественно, полностью отдаюсь футболу. Знаю, что это только мне надо. А дальше уже тренер расценивает, кого и куда ставить.

Внутренне кипел? На разговор к тренеру не ходил?

— Были внутренние переживания, но я такой человек, который старается всё доказывать делом, на футбольном поле. А вне поля общаться с людьми и узнавать причины должен был агент. Мне не хочется мусолить эту тему. Если в общем — всё сложилось против меня.

Себя есть в чём упрекнуть?

— Когда шансы давались, нужно было выходить и использовать их. С тем же «Сочи» я прекрасно провёл матч, но одна ошибка перечеркнула всю работу — потому что привела к пропущенному мячу. Один плохой момент в игре часто перевешивает 20 или 30 полезных действий. Сразу раздаются разговоры: «А я же говорил…» Нас ещё в школе Сергей Николаевич Полстянов учил играть в футбол, а не по аутам мяч пулять. Я всегда стараюсь сохранить мяч, отдать своему. На этот счёт есть разные мнения, но что главное для защитника? Чтобы его команда сыграла «на ноль». Я это прекрасно понимаю, однако иногда желание сыграть красиво идёт мне во вред. Сейчас уже стараюсь действовать понадёжнее: отобрал — отдал ближнему. Если ещё прибавлю в длинных разрезающих передачах — буду хорошей картинкой центрального защитника.

После РПЛ не пришлось падать по деньгам?

— Ну, конечно, пришлось. В три-четыре раза я упал по зарплате. Но на этом этапе жизни и карьеры меня это не смутило. Нужно было выбирать: либо ты играешь и развиваешься, либо идёшь в Первую лигу России. Трудно предугадать, как бы у меня там сложилось. Всё-таки я люблю хорошие футбольные условия — поля, стадионы, климат. Если в Премьер-Лиге всё это у нас присутствует, то в бывшей ФНЛ много искусственных газонов и длинных перелётов. Талалаев предлагал остаться в «Химках», давал хорошие условия. С Андреем Викторовичем мне очень приятно было работать, он всегда мне помогает в моей карьере, но мне пришлось принять другое решение.

Судя по статистике, он больше всех тебя ценил в России.

— Естественно. Талалаев во многом мне зелёный свет давал и закрывал глаза на многие факторы. Он всегда меня вдохновлял, помогал — очень много мне как тренер дал.

В работе Андрей Викторович суров. Бывало, что обижался?

— Чтобы обижался — нет, но бывало, когда он тебя на эмоции выводил. Мы могли поспорить, однако это всё футбольная работа. Человеку моего характера это и нужно. Где-то он покричит, создаст конфликт, а мне это только придавало сил. Андрей Викторович — непростой тренер, но его методы оправдывают себя. Результаты ему сопутствуют. Ему какую команду ни дай, она будет больше всех пробегать и больше всех выигрывать борьбы. Физически его команды всегда хорошо готовы.

Футболисты «Химок» понимали, чего от них хочет Гогниев?

— В принципе, понимали, но выполнять его требования не всегда получалось. Может быть, индивидуально игроки были не такие, какие нужны под его тактику и смелый футбол. Не хватало для этого опытных ребят. Того же Чорлуку в какую схему ни поставь, он всё равно будет контролировать команду изнутри, всегда поможет — паузой или, наоборот, разгоном атаки. Нам для воплощения в жизнь тактики Гогниева не хватило командного опыта.

Горько вспоминать домашний матч с «Краснодаром»?

— Это да. Когда долго не играешь, а потом выходишь против хорошей команды, естественно, где-то не успеваешь. Оставлять партнёров в меньшинстве в таких матчах особенно тяжело.

Как тебе современный «Краснодар»?

— «Краснодар», конечно, топ сейчас. Футбол показывает сумасшедший. Поэтому и гонка интересная. Многие команды хорошо себя проявляют. Интересно смотреть чемпионат.

С родным Воронежем у тебя никогда не было вариантов?

— Я по жизни никогда не хотел дома играть.

Неожиданно.

— Дом — это друзья, родственники, много всяких забот и нюансов. Понятное дело, что мы профессионалы и должны следить за собой, не поддаваться соблазнам. Но если моему человеку — родственнику или товарищу — будет плохо, я всегда поеду и помогу ему. Как раз из-за этого не хотел в Воронеже играть, чтобы не отвлекаться. А тут «Факел» вышел в Премьер-Лигу. Такая поддержка, болельщики. Я сильно этими моментами вдохновился. Подумал: было бы хорошо хотя бы сезончик дома поиграть. Ради этого готов был даже играть практически бесплатно.

Ты серьёзно?

— Абсолютно. Ещё до своего лечения я закидывал удочку в «Факел». Хотел поехать в Воронеж на сезон, но руководство никак меня не восприняло. Сказали, что не нуждаются в центральном защитнике моего формата. Даже бесплатно.

Это когда было?

— Перед «Химками». Я говорил им: «Я знаю, какой у вас бюджет. Меня зарплата вообще не интересует. Что дадите, то и подпишу». Я и тренеру Евсееву писал — ничего не ответил. На руководство вышел и понял, что не нужен. Может, всё впереди ещё.

«Что бы я ни попросил у Всевышнего — а я мало просил, мне он дал в разы больше»
Ты правда очень верующий человек?

— Я не люблю говорить про себя и про веру. Стараюсь быть хорошим человеком в жизни, ходить в церковь, молиться за родных, близких, благодарить бога. Насколько это у меня получается, не могу оценить.

Как к этому пришёл?

— У меня все в семье верующие, крещёные. Мама всегда брала с собой в церковь. Свечки ставили. Скажу так: что бы я ни попросил у Всевышнего — а я мало просил, мне он дал в разы больше. Я иду своим путём и стараюсь почаще его радовать своими поступками. Для меня важно удержать то, что у меня есть, не потерять это. Я многих людей потерял, поэтому самое главное для меня — это здоровье семьи, близких. Остальное наживное.

ВИТАЛИЙ ЛЫСЦОВ С ЖЕНОЙ
Чего ты ещё хочешь добиться в футболе?

— Хочу элементарно вернуться в Премьер-лигу и поиграть там хотя бы пару-тройку сезонов — насколько хватит здоровья. Хочу играть и быть счастливым, наслаждаться футболом, разделять победы и поражения, просто пожить в такой атмосфере. И, конечно, проявлять себя, расти, быть стабильнее. В России слышал мнение, что мне агрессии не хватает и иногда авантюрно играю. Может быть, я где-то даже согласен с этим. Стараюсь убирать эти моменты. Пока такие задачи.

Ты прошёл все сборные, кроме первой. Этот пробел ещё надеешься устранить?

— Дай бог. Я верю в это и буду всё для этого делать. Сборная — это отдельная история. Играть за неё — гордость. Несмотря на то что сейчас говорят: зачем вообще эти товарищеские матчи? Да даже когда надеваешь футболку сборной на тренировку, уже чувствуешь себя иначе. Какая разница, товарищеский матч или официальный? Играть за свою страну — это достижение. Для меня это тоже большой стимул. Думаю, если буду играть каждую неделю на высшем уровне, обязательно получу вызов в сборную. Лишь бы вернуться на этот уровень, а дальше всё будет хорошо.
Новости по теме
Комментарии9
Хороший Виталик парень, удачи ему! Для семейной жизни отличную страну выбрал, нынче живет у меня в Португалии хорошая подруга, говорит, для таких вот семейных пар это лучшая страна.
4
T
Помню как он с Зальцбургом вышел в лч,сердце тряслось у меня как у болельщика от каждого его касания
1
Но больше накосячили там Райкович и Мурило.
Кто-то выше пишет, что если уехало 5 игроков с паспортом РФ то все они обязательно должны быть на виду, что это должно обязательно что-то дать...
Разве?
В Европе играет тысячи игроков, которые никогда не играли за сборные. Таких как Лысцов.
Тут скорее всего речь про то, что уехав шансов стать качественным игроком, как тот же Головин, который уехал до 20 лет, больше.
А Дзагоев, будучи не менее способным и более талантливым, так и не дал кволити, а ближе к 30 уже совсем из лазарета не вылазил.

И интересно, почему все, кто играл в европейских лигах, советуют молодым уезжать из нашего болота.
Не думали ли, что им на самом деле виднее, чем нам?
1
A
Натхо, Лысцов...
Маренич будет сегодня?
A
На центральных защитников косячников Локлмотиву конечно везет, один лучше другого: лысцов, кузьмичев, морозов
Морозов-то чем так уж сильно накосячил?
Тут впору скорее Райковича вспоминать.
Хотя и у Мурило были привозы, а сейчас он в сборной Бразилии.
А
Самая красивая из всех жен рос. футболистов. ИМХО
Очень милое лицо, приятная улыбка, не испорченное пластикой как мне кажется. Мама тоже справа хороша.
Я уехал в 19 лет, а сейчас считаю, что туда сразу после наступления 18-летия можно смело ехать. Чем раньше — тем лучше.

— Молодым посоветовал бы?

— Посоветовал бы, конечно.

Вспоминается серия Ералаша, где негр на разных языках пытался спросить ребят, как пройти к Большому Театру, и когда ребята его вообще не поняли, сказал "Do svidania", следом диалог ребят:
- Вот видишь, как хорошо знать разные языки!
- Ну он знает - и что ему это дало?

Ну вот Лысцов уехал в Европу молодым - что ему это дало? В условиях лимита на легионеров и играя на дефицитной для "паспортистов" позиции центрального защитника он оказался не нужен НИ ОДНОМУ клубу РПЛ. Не говоря уж о том, что в сборную вообще не рассматривают, даже при том, что с цз сейчас не огонь - Дивеев вечно лечится, Джикия сел на лавку, приходится Сильянова в центр ставить - и даже при таком раскладе в его сторону даже не смотрят. Вернулся в Локомотив - когда выходил на поле, то косячил и бездумно лупил издали. И что ему эта "школа жизни" дала?

Я считаю, уезжать в Европу надо, когда ты в клубе РПЛ уже прочно основной игрок. И то, адаптация Миранчука и Захаряна к команде из топ-5 затянулась.
Только зарегистрированные пользователи могут оставлять и читать комментарии, войдите или зарегистрируйтесь