Сегодня, в 20:55
Локомотив — Бавария17.009.001.14
Сб, 31.10 19:00
Сочи — Локомотив
Вт, 03.11 20:55
Локомотив — Атлетико
Вс, 08.11 19:00
Динамо — Локомотив
46
Чемпионат

«Аргументы за Сёмина как за Путина. Он должен править вечно». Дебаты Уткина и Селюка

«Аргументы за Сёмина как за
Друг Палыча и агент — с одной стороны. Главный футбольный блогер и его главный медийный противник — с другой.

Самый известный российский агент Дмитрий Селюк давно знал, что «Локомотив» не продлит контракт с его другом Юрием Сёминым, и считал это решение позорным. Именно поэтому за несколько дней до ставшего скандальным расставания РЖД с легендой клуба Селюк призвал оппонентов выйти с ним на открытые дебаты. Но если бывший президент и гендиректор «Локо» Илья Геркус ему не ответил, то главный критик Сёмина Василий Уткин принял вызов.
— Дорогой Дмитрий Селюк, я готов, — написал Уткин. — Будем дискутировать или продолжите тити мять?

«Тити мять» герои не стали, а полтора часа говорили по «Зуму» при скромном участии Дмитрия Егорова. Мы публикуем эту беседу целиком, без правок и сокращений, а также замечаем, что хоть временами дебаты и шли на повышенных тонах, но ни один из участников не позволил себе нецензурных или матерных слов.



Егоров: Господа, в первую очередь я хочу, чтобы каждый из вас представил друг друга.

Уткин: Дмитрий Селюк, футбольный агент, коммерсант, барселонец.

Селюк: Василий Уткин — журналист с большой буквы. Считаю его одним из лучших журналистов в России.

Егоров: Всё ясно, ожесточенного баттла не выйдет, раз вы так по-доброму друг друга представили.

Селюк: Сразу скажу. То, что мы друг к другу хорошо относимся, не значит, что у нас на всё одно мнение.

Егоров: Тогда с вас начнём, Дмитрий. Зачем несколько дней назад вы начали уничтожать «Твиттер» вызовами на дебаты?

Селюк: Я скажу, что Василий в данном случае не является моим оппонентом.

Уткин: Нет, являюсь.

Селюк: Василий, давайте будем дослушивать, кто что сказал. Я к Василию отношусь с уважением и могу сказать одно: «Василий не может быть объективен в ситуации с „Локомотивом“. У него могут быть какие-то интересы, связанные с клубом. Так что оппонентом в вопросе Сёмина он быть не может. Но если хочет, то пожалуйста.

Егоров: Сразу поправка. Интересы какие? Скажите конкретно, чтобы Василий мог отвечать по фактам.

Селюк: Дело в том, что многие журналисты, некоторые люди, связанные с футболом и „Локомотивом“, имеют некоторые бизнесы, связанные с „Локомотивом“. Человеку, который пересекается по определённым вещам с „Локомотивом“, сложно ругать клуб, показывая объективную ситуацию. Почему? Потому что его могут лишить определённых привилегий. Василий просто постарается защищать Кикнадзе и совет директоров.

Егоров: Есть что возразить, Василий?

Уткин: Я не буду на это возражать и отвечать. Не понимаю, что имеет в виду Дмитрий Селюк — его вообще сложно понять. Всё дело в том, что, мне кажется, человек, который говорит о моей ангажированности по отношению к „Локо“, — у него там есть игрок, Борис Ротенберг. И как футбольному агенту, Селюку, конечно, хотелось бы иметь отношения с главным тренером или другими менеджерами команды, просто по его прямому бизнесу. Интересно, что у меня, одинокого блогера, этот человек находит косвенные заинтересованности. Но пусть будет так. Не придаю этому значения.

Объективность же вопроса другая: как относиться к отставке легендарного в рамках клуба тренера? Сам контекст подразумевает, что здесь могут быть интересы не прямые деловые, как у Дмитрия, и не косвенные, как он подозревает у меня — я уж не знаю, какие, — а по крайней мере куча пережитых ассоциаций, самых разных моментов, которые определяют симпатию к той или иной стороне. Нас объединяет, что мы деловые люди, с разным оборотом, с разным опытом, с разной сферой деятельности. Подозреваю, что мы ценим прямые аргументы за или против, а не некие заинтересованности. Ещё я, пожалуй, ближе всех журналистов родился к „Локомотиву“ — в Балашихе…

Но ладно. Слова Селюка меня не удручают. Пусть Дмитрий имеет в виду всё, что считает нужным. Моя позиция по „Локомотиву“ не выдаёт себя за объективную или субъективную. Если существенно — можно изучать „Википедию“ вплоть до телефонного биллинга. Но я же хочу слушать Дмитрия Селюка, который прямо заинтересован привести на пост тренера „Локомотива“ дружественного себе человека.

Егоров: Дмитрий, либо вы называете причины конкретной заинтересованности Василия, либо просто забываем тему и переходим к тому, почему Уткин всё время призывал к отставке Сёмина. Просто беспочвенные обвинения не нужны.

Уткин: Я не понимаю, как я могу к чему-то призывать руководство „Локомотива“. Я просто генерирую мнение разных людей, связанное с каким-то поводом. У меня есть позиция, что Юрий Сёмин — тренер, которому место на пенсии. Уважаемый, почётный, но он не подходит амбициозному клубу, который играет в Лиге чемпионов от России. Это моё мнение, оно не относится к тому, сколько у Сёмина осталось лет контракта, кто придёт ему на смену, это мнение не означает никакого специального отношения к совету директоров, который за это время уже поменял состав. Да что там — два разных генеральных директора работали в последний приход Сёмина. Моя позиция продиктована взглядом на работу Сёмина — вот и всё.

Селюк: Если Василий является генератором, то за прошедшее время мы видим очень много мнений.
Первое — болельщиков, футбольной общественности, руководителей разного ранга. И все сходятся в одном — „Локомотив“ делает большую ошибку, что они руководствуются абсолютно не результатом, а какими-то другими интересами.
Второе — „Локомотив“ сегодня на втором месте. То есть с точки зрения того, что Сёмин ушёл в прошлое, — я с этим полностью не согласен. Василий этим оскорбляет не только Сёмина, но и весь тренерский цех в России. Ещё раз: Сёмин, ушедший в прошлое, сегодня на втором месте. А все остальные — гораздо ниже в турнирной таблице, чем Сёмин. Также Сёмин самый титулованный тренер за последние три года.
Третье — если Сёмину ставить в укор, что „Локо“ не вышел в весеннюю стадию, то и „Зенит“ не вышел тоже. И ЦСКА. И „Краснодар“. У Сёмина в группе были такие команды, как „Ювентус“ и мадридский „Атлетико“, обыгравший потом „Ливерпуль“. Если за это журить Сёмина, то что тогда говорить про тренеров других российский клубов, которые играют в группах с „Лудогорцем“ и „Ференцварошем“? Что, тоже убирать их будем, молодых?

Далее: я специально смотрел и хотел найти мнение, чтобы кто-то был против Сёмина. Его с днем рождения поздравил даже президент киевского „Динамо“ Игорь Суркис из Украины. Смотрите, вся Украина поддержала Сёмина и говорит о нём только положительные слова. Почему? Потому что Игорь Суркис тратит собственные деньги, и ему не нужен генеральный директор Кикнадзе и Мещеряков, которые мешают, возможно, Сёмину. И последнее — ещё раз о болельщиках. Любая статья, которая направлена против Сёмина, вызывает полное отторжение. Болельщики „Локомотива“ поддерживают Юрия Павловича, они отправляли петицию Белозёрову, подписанную кучей лиц.

Мы понимаем, что футбол делается для болельщиков, а не для каких-то там лиц. Я понимаю также, что Василий — мастер художественного слова, и не отрицаю этого, но то у Василия плохие отношения со Смородской, то потом хорошие.

Уткин: Я был готов к тому, что Дмитрий Селюк будет любое слово подтаскивать, но я его выслушал молча, мне лишь хотелось улыбнуться. Но разве я не сказал, что у Юрия Сёмина всё это в прошлом?! Это как раз синоним слова „титулованный“. Разве я отрицаю, что он внёс огромный вклад в российский, да и не только в российский футбол? И правильно его поздравляет Суркис. Сёмин — бывший тренер его команды. Так ведь и „Локомотив“ называет Сёмина очень красивыми словами. Но Суркис не предлагает Сёмину работу. И, по-моему, Суркис также не предлагает ему консультировать киевское „Динамо“. Да и вообще не предлагает ничего, что может быть связано с будущим Юрия Павловича Сёмина. И я хочу подчеркнуть, что говорю лишь о перспективе Сёмина в топ-команде России. Я не говорю, что его карьера должна быть завершена.

Сёмин — не Запашный. Пускай продолжает работать. Если честно, я не понимаю, на что здесь отвечать. Болельщики „Спартака“ были против отставки Романцева. Болельщики ЦСКА не мыслили клуб без Газзаева. Кстати, Романцев намного более титулованный тренер, чем Сёмин, но достаточно давно сидит без работы.

Правда, Дмитрий, я не вижу, на что здесь отвечать. Я с вами согласен по поводу титулов. Но это не имеет отношения к тому, что Сёмин является оптимальным выбором „Локомотива“ на ближайшие три года. Обычно на столько подписывается тренерский контракт. Ну, или на 2+1. Так вот, к окончанию этого трёхлетнего цикла Сёмину будет 76 лет. Да и ситуация в России сейчас такова, что людям его возраста запрещено выходить на работу, если это не связано с определённым циклом производства.

Вы знаете, о чём я говорю. Не хочу, чтобы к этому вы цеплялись. В конце концов, это выбор самого человека. Но какое отношение это имеет к трём будущим годам в жизни „Локомотива“? Да никакого. Всё, что говорит Селюк, ещё раз, признаю. Болельщики Сёмина поддерживают? Да, конечно. Ну и пусть поддерживают.

Егоров: Василий, я поправлю, но в ваших словах тоже притягивание. Романцев не работает давно не потому что его не берут, а потому что сам не хочет и не может работать. А Сёмин хочет и может.

Уткин: Дима, давайте вы будете слушать, что я говорю. Я говорю не о том, что Романцева нужно вернуть в работу.

Егоров: Так и я об этом не говорю.

Уткин: Давайте всё-таки говорить о том, что происходит реально. Просто выражение о титулованности никак не работает. Так что на все доводы Селюка я говорю „да“. Но какое это отношение имеет к тому, чтобы Сёмину работать в „Локо“ ещё три года и строить новую команду?

Егоров: Взаимосвязь простая. „Локомотив“ может выйти в Лигу чемпионов именно сейчас и именно при нём.

Уткин: И очень хорошо. Мадридский „Реал“ каждый год выходит в Лигу чемпионов и иногда меняет главного тренера. Юп Хайнкесс выиграл в „Баварии“ Лигу чемпионов и был заменён по окончании контракта. Это что за аргументы вообще? Какого они уровня? Ну да, бывает так, бывает сяк. Мне трудно противостоять этим очевидным истинам. Все говорят очевидные вещи. Но какое это имеет отношение к тому, что Сёмин лучший вариант на ближайшие 2-3 года?! Пожалуйста, аргументируйте. В противном случае, господин Селюк, свяжитесь со своим другом Игорем Суркисом и предложите ему что-нибудь сделать с телом Валерия Лобановского. Посадить его на тренерскую скамейку, например. Он, в конце концов, самый заслуженный в истории киевского „Динамо“. Давайте говорить серьёзно о том, что будет, а не о том, что было или есть.

Егоров: Так то же самое вы говорили о Сёмине и несколько лет назад, но он пришёл и взял титулы. Так почему именно сейчас его нужно отправить на покой?

Уткин: Это тоже вопрос ко мне, как понимаю. Тема — не императив. Если вообще всё делать для Юрия Павловича, то оставлять его нужно как можно дольше. И это было одним из решений. Такой же вариант тоже рассматривался. Я затрудняюсь перечислить аргументы, которые были у совета директоров, чтобы не продлевать контракт. Меня туда не звали, со мной этим не делились. Но дело в том, какие задачи сейчас стоят перед клубом. Насколько я понимаю, „Локомотив“ хочет быть чемпионом, а не только выходить в ЛЧ.

Насколько я понимаю, клуб хочет решать другие задачи в Лиге чемпионов. Я не очень понял аргумент, а чего добились другие команды?! Да, и Семак не добился максимума с „Зенитом“. Но просто гораздо больше вопросов к менеджменту, на мой взгляд, чем в „Локо“. В „Локо“ их тоже хватает, но в „Зените“ их гораздо больше. А уж при чём тут ЦСКА и „Краснодар“, я вообще понятия не имею. У команд разные задачи.

У ЦСКА не было денег вообще ни копейки, ни шиша. Хотите, давайте рассмотрим Гончаренко. Но если мы будем обсуждать всё подряд, то ни к чему не придём. Поэтому вопрос в том, что „Локомотив“ при другом тренере мог бы добиваться существенного большего, чем при Сёмине. Здесь надо отметить ещё то, что „Локомотив“ потерял любые шансы бороться за титул в России ещё до Нового года. Потерял, будучи отчаянно перегруженным. Притом что в последние годы я только и слышал, что Юрий Павлович Сёмин доверяет молодым. Но молодые в этот момент в составе не появились. Это тоже существенно. И важно сравнивать потенциал клуба: то, каким он мог бы быть, с тем, что реально достигается, понимаете?! Вот в этой логике имеет смысл рассуждать. Да, Сёмин добивался результата. Но и Каррера добивался результата, а я что-то не слышал от Селюка высокой оценки Массимо Карреры, например. Но у Массимо были успехи. И Семак был чемпионом с „Зенитом“. Это значит, что с Семаком надо всегда контракт продлевать?!

Ну и ещё одно: все прекрасно знают, что с Сёминым не очень хотят работать футболисты. Все знают, что у него не бывает чёткого и строгого плана тренировок на неделю, а есть только дня на три — по наитию. Я не говорю, что он дилетант. Просто так сейчас не делают. Любой тренер может объяснить, что он будет делать через три недели как минимум. У Сёмина этого нет. Хотя это не очень существенно. Существенно то, что с ним не очень хотят работать опытные игроки, российские в частности. И Юрий Павлович, чем дальше, тем быстрее портит отношения с клубной администрацией. Абсолютно с любой. Поэтому почему с ним должны хотеть работать люди, которым он, прямо или косвенно, начинает грозить болельщицкой поддержкой?! Ну, он человек не бедный. Может, способен, как Курбан Бердыев или Рустем Сайманов, выкупить клуб и заниматься им самостоятельно — почему нет?! Поэтому всё это аргументы из разряда странных. Давайте поговорим о том, что „Локомотив“ сейчас должен серьёзно пересмотреть, как он использует свой бюджет. Зарплаты некоторых футболистов определяются тем, как давно они пришли. А Сёмин пришёл в „Локо“ до чемпионата мира.

Давайте говорить о том, что зарплата нового тренера Николича в три раза меньше, чем у Сёмина. На деньги, которые освобождаются в зарплатном фонде, можно пригласить хорошего футболиста. А футболистов явно не хватает. Я вот не слышал, что в процессе переговоров Юрий Сёмин усилил свою позицию, выражая готовность получать в три раза меньше. Почему этого не было сделано? Опять же, это его право. Но это существенно.

Егоров: Дмитрий, у вас есть игрок в клубе, а также, наверное, есть какие-то внутренние данные — действительно ли игрокам не нравится Сёмин? Действительно ли им не нравятся тренировки, притом что часть футболистов выигрывала с этими тренировками титулы?

Уткин: Давайте ещё раз определимся. Мы говорим о максимуме, которого клуб мог достичь. Например, быть выше „Байера“, который был обыгран в первом круге. Никто не трогает „Ювентус“ и „Атлетико“. Вы „Байер“ победите для начала, которому проиграли дома, причём без особых шансов. Вот о чём идёт речь!

Егоров: Давайте, Дмитрий.

Селюк: Первое. Василий всё сразу переворачивает с ног на голову. Насчёт зарплаты. Первое — с ним никто вообще никто не разговаривал на тему: „Мы бы согласились вас продлить, только хотели бы понизить заработную плату“. Ему никто таких предложений не делал — это раз. Во-вторых, Вася лукавит, что у Николича заработная плата в три раза меньше, чем у Сёмина. Это абсолютно не так. И это полная ложь. Более того, в начале эфира Василий говорил, что у меня в „Локомотиве“ есть Борис Ротенберг, поэтому я защищаю Палыча.

Уткин: Я не так сказал.

Селюк: Так вот, у Николича играли два моих футболиста. Леонардо, который забил 28 мячей за „Партизан“, и Гогуа, который сейчас в ЦСКА. И вот благодаря тому, что Леонардо забил 28 мячей, „Партизан“ стал чемпионом. Поэтому, в принципе, если так считать, Николич с точки зрения бизнеса для меня более выгоден, чем Юрий Палыч, который от меня вообще не брал футболистов. Да и Борис Ротенберг был в „Локомотиве“ до Юрия Павловича. Более того, Вандерсона, которого купил „Краснодар“ за 8 миллионов, я предлагал Сёмину вообще бесплатно. Более того, ещё во времена Геркуса, когда они позвонили одному полузащитнику в Швейцарию, и он ответил: „Все вопросы к Селюку“ — в „Локо“ ответили, что он им больше не интересен. Раз он от меня — значит вопрос закрыт.

Уткин: Вот вы прекрасно доказали, что ваша нынешняя позиция по „Локомотиву“ может быть ангажированной. Раз нынешняя администрация клуба не принимает ваших игроков каким-то образом. Вы же говорили, что я могу быть заинтересованным человеком. Так что можете не оправдываться, Дмитрий. Я вас ни в чём не обвиняю. Просто говорю, что вы можете быть куда более явно заинтересованы, в силу своего бизнеса, чем я. А дальше — продавайте „Локомотиву“ хоть 8, хоть 10 футболистов, наживайте на этом миллиарды. Главное, чтобы „Локомотив“ выигрывал.

Селюк: Василий, я вас внимательно слушал, потом мне было дано слово. Теперь говорю я.

Уткин: А почему мне сразу вас не поправить, если вы перевираете мои слова?

Селюк: Вы, например, сказали, что у Николича зарплата в три раза меньше. Но я же вас не поправлял, что это ложь?

Уткин: Но у него точно меньше.

Селюк: А я говорю, что нет.

Уткин: А я точно знаю, что да. Перевернём эту страницу, всё равно не проверим.

Селюк: Но при любом раскладе с Сёминым в клубе даже не говорили на эту тему. Второе: я действительно дружу с Юрием Палычем и дорожу этой дружбой. Считаю, что он реально легенда российского футбола. Более того, 13 мая был день памяти Лобановского. И как бы Василий ни говорил, что прошлое уходит, но люди работают по конспектам Лобановского до сих пор и гордятся этим. А что мы видим? В прошлом году сборная Украины U20 стала чемпионом мира. Они не говорят, что работают по конспектам человека, который давно умер. А Василий говорит, что Сёмин — это прошлое. Но, может, он и есть будущее? Может, те, кто сейчас работает, они в чём-то заблуждаются?

Уткин: Может быть, конечно.

Селюк: Мы смотрим, что сегодня происходит. Именно сейчас. Сейчас „Локомотив“ на втором месте. Он в зоне прямого попадания в Лигу чемпионов. Он в зоне, когда 30 миллионов евро приходит в клуб. В это время принимается решение убрать человека, который практически своими руками создал клуб на том уровне, на котором он есть. Все регалии клуба связаны с именем Сёмин, и вот таким вот способом избавляться от тренера-легенды…

Уткин: Каким способом? Назовите способ, пожалуйста.

Селюк: Ну…

Уткин: У него контракт закончился.

Селюк: Я вам скажу. Совет директоров маленьким, скажем, абзацем на своём пресс-листе написал, что клуб решил не продлевать контракт. Считаю, что это победа коррупции против достоинства и чести.

Егоров: Так, опять нужны детали. В чём коррупция?

«Аргументы за Сёмина как за Путина. Он должен править вечно». Дебаты Уткина и Селюка

Селюк: А я вам скажу. Учитывая, что я внимательно следил за публикациями и знаю некоторые вещи вокруг. Показателен контакт того же Кикнадзе с алжирским менеджером Мерабтеном, который якобы теперь близок клубу. Я-то знаю, чего он хочет, этот жулик. Поймите, это человек, на которого молится Кикнадзе. Ещё раз. Кикнадзе в футболе не разбирается и клюёт на эту удочку алжирца, когда тот приглашает попить кофе с Рибери или Арсеном Венгером. Знаете, Кикнадзе как ребёнок малый. Так вот я вам скажу. Этот же человек приходил в „Ростов“ к Рыскину. Что-то предлагал, в „Ростове“ отнекивались. Потом сам Рыскин сказал, что хочет купить какого-то игрока из Алжира. Спросил у него: „Ты алжирец — можешь помочь“? Тот ответил: „Да, конечно, это же моя команда, я — спонсор“. Но по факту-то интересен „Ростову“ был мой игрок. И он пошёл в Египет, не пошёл в „Ростов“. И Рыскин своими глазами увидел, что этот алжирец — чистая пустышка. А уж прийти в „Интер“ и сказать: „У меня есть лохи из ‚Локомотива‘, давайте туда Жоао Марио отдадим, а потом поставить дельту и на этом заработать — особого ума не надо.

Егоров: То есть вы намекаете, что Кикнадзе стал сотрудничать с околофутбольным жуликом, которому выгодно убрать Сёмина и пилить на трансферах? Я правильно логику понимаю?

Селюк: Это один из моментов.

Егоров: Но конкретно: да или нет?

Селюк: Да. Теперь дальше. Кого Кикнадзе посылает на все переговоры? Андрея Лосюка, скаута. Но вы знаете, кто он такой вообще? Человек работал водителем, ездил в аптеки, пиццу разносил, кому надо. Этот человек точно далёк от футбола. А сейчас он правая рука Кикнадзе. И его постараются сделать спортивным директором… Да мне не важно, пусть Кикнадзе зарабатывает, но я считаю, что генеральный директор в любом российском футбольном клубе должен заниматься хозяйством, а не трансферами. Это раз. Второе. Я считаю, это моё убеждение, что генеральный директор должен заниматься тем, чтобы найти спонсоров и рекламодателей для того, чтобы шли деньги шли в клуб, а не наоборот. И я считаю, особенно сейчас, оттого что Кикнадзе чересчур много внимания уделяет алжирцам и трансферам, в клубе него проблемы возникают. Пусть он лучше ещё раз проведёт медицинские обследования своим игрокам, потому что смерть Самохвалова полностью на его совести.

Егоров: Василий, не раз между строк мы читали, что Сёмин может мешать руководству, что он может заблокировать какой-то трансфер, что может сказать какое-то лишнее слово, которое может помешать руководству клуба получить деньги от РЖД. Я правильно понимаю, что вы считаете Сёмина бомбой замедленного действия?

Уткин: Я думаю, что Сёмина не хотел продлевать клуб ‚Локомотив‘, а не кто-то конкретно и персонально. Мнение было солидарным. Но мне кое-что непонятно всё равно. Давайте определимся. Дмитрий Селюк, намекая на мою ангажированность в ‚Локомотиве‘, говорит, что где-то там связались не с тем человеком, а надо было с ним самим, потому что это его игрок. Он говорит сейчас, как, по его мнению, должен работать гендиректор. Наивная очень мысль, что гендиректор должен принести деньги в клуб, а потом сидеть в стороночке и смотреть, как все остальные занимаются управлением. Это в принципе очень странная конструкция. Просто гендиректор в ‚Локомотиве‘ — это человек, который в первую очередь управляет уже пришедшими деньгами и занимается их рациональным использованием. Ведь РЖД же даёт деньги в основном.
Мы же знаем, как спонсоры приходят в российские клубы. Мы же знаем, что ЦСКА не мог никому сдать помещения на своём стадионе. Потом акции оказались в собственности банка ВЭБ — и сразу ‚Почта России‘ в офисы переехала. Это не совсем коммерция и не совсем то, что делается руками генерального директора. Просто один может пролоббировать, а другой — нет. У меня вообще нет мнения по поводу работы Василия Кикнадзе. Я много лет его знаю как человека порядочного, но, может, и несколько авторитарного. Но стиль управления бывает разным. Сёмин тоже авторитарный человек. Но важно другое. В той истории, которая сейчас разворачивается, Юрий Сёмин преследует свои интересы.
Вы говорите, что у него не спросили про зарплату. Очень хорошо, но у Сёмина есть свой язык. Он давно живёт на свете, большое количество переговоров провёл, у него есть опыт работы президентом клуба в ‚Локомотиве‘. Всё это могло быть частью диалога. Ведь когда Юрию Павловичу нужно, он всегда может начать диалог. Любой воспоминательный рассказ о Сёмине говорит о том, что он всегда занимает очень гибкую позицию. Он не посадит на лавку игрока, который ему нахамил, а, наоборот, выдержит время и потом скажет: ‚Разозлитесь так, как этот парень на меня разозлился. Только на поле покажите результат. Сёмин — очень гибкий человек, о чём здесь говорить. Но в данном случае он гибкости не проявляет. В случае как сейчас у него будет армия болельщиков, как за Романцева в ‚Спартаке‘, я напомню, как в ЦСКА у Газзаева, как болельщики ЦСКА хоккейного были за Виктора Тихонова. Это называется ‚ставить себя выше клуба‘. И поэтому мне понятно нежелание ‚Локомотива‘ долго с Сёминым работать. Я вообще не знаю ни одного руководителя футбольного, который хотел бы с Сёминым работать больше двух лет.

Селюк: Василий, клуб — это и есть Сёмин. Сёмин его создавал!

Уткин: Это ложь! Ложь! Это простая ложь. Это называется: ‚Всё, что хорошее, — мы припишем одному человеку, а все проблемы оставим на другой стороне‘. Вы путаете очень важные вещи, Дмитрий. Точнее, два Дмитрия, вы оба путаете. Да, безусловно, победа ‚Локомотива‘ — это и победа Сёмина. Но не только одного Сёмина.

Егоров: Это безусловно. ‚Локомотив‘ точно так же и не в меньшей степени сделал Сёмина.

Селюк: Василий, скажите мне, если бы Фергюсону, человеку, который столько лет в одном и том же месте работал, придумали такое увольнение — это было бы нормально? Могли бы ему сказать: ‚Давай, иди‘.

Егоров: Дмитрий, Фергюсон ушёл сам в 71 год после очередного удачного сезона. Просто поняв, что ему нужно отдохнуть и что клубу важно обновляться.

Селюк: Да, абсолютно правильно он сделал. Фергюсон — умный человек и правильно сделал. Вообще, вовремя уйти более тяжело, чем вовремя прийти. Если мы берём на сегодняшний день три года Сёмина в ‚Локомотиве‘ со всеми четырьмя трофеями, три Кубка, чемпионат, сейчас второе место — это успешный год. Причём особых покупок не было. Только латание дыр. Сёмин умудрился дать результат.

Уткин: Сёмин не дал дал результат в этом году. Это неправда. Просто неправда. Второго места не было до последнего тура на момент остановки чемпионата. Это борьба, а потом вследствие эпидемии чемпионат остановился. Последнее место в группе Лиги чемпионов, вылет из Кубка от ‚Балтики‘ калининградской. Это что, результаты? Ну, очень хорошо. Замечательный английский тренер Дэвид О’Лири как-то отвечал, когда со своими молодыми футболистами взрывал английскую Премьер-лигу. Ему говорили: ‚Вы снова тренер месяца‘, — на что он отвечал: ‚Отлично, я не знал, что это полагается в ноябре‘.
Наш чемпионат недоигран, в нём не определено первое и последнее места, а у Сёмина есть вылет из Кубка и последнее место в Лиге чемпионов. Это не 30 миллионов долларов в клуб — там большая часть на гонорары футболистам пойдёт, между прочим. Так что нужно уходить в сторону.

Селюк: Василий, то есть вы считаете, что если занимаешь в Лиге чемпионов четвёртое место, то надо уходить в сторону? То есть, ещё раз, все тренеры наших команд, которые участвуют в еврокубках уже должны освободить своё место?

Уткин: Нет, я считаю не так. И это очень существенно. Я сказал по-другому, что нынешний сезон не может считаться успешным. В нынешнем сезоне нет никакого результата. ‚Локомотив‘ попал в Лигу чемпионов напрямую и занял бы там четвёртое место в любом случае и при любом тренере. И при отсутствии тренера тоже. Второе место сейчас — положение за восемь туров до конца чемпионата, за два тура до этого на втором месте шёл ‚Краснодар‘. Второе место — не результат, и Сёмин сам не ушёл, а у него контракт закончился. Если бы его уволили по ходу сезона за восемь туров до конца, то это можно было бы обсудить, но, а так это нельзя обсуждать. И в Кубке он вылетел на ранней стадии от ‚Балтики‘, которая могла и из первого дивизиона вылететь.

Селюк: Сейчас всё пойдёт в обратную сторону. Хочу вам сказать одну вещь. Во-первых, ФИФА выслала рекомендации о том, чтобы все продлили контракты как футболистам, так и тренерам до конца чемпионата, не отталкиваясь от того, когда он будет закончен. Во-вторых, я понимаю, что вы говорите о том, что он в Лиге чемпионов занял последнее место. Мы не понимаем с вами друг друга по той причине, что я был хозяином некоторых клубов и с точки зрения финансов вёл их дела. Я не просто человек на прогулке. Если Кикнадзе пришёл с телевидения, то я 30 лет занимаюсь футболом. Вы говорили, что гендиректор должен распределять деньги, если бы у меня генеральный директор распределял деньги, он бы вылетел на следующий день. Он должен уметь заработать деньги, поэтому в России клубы привыкли жить только на деньги дотационные. Можно подтянуть компании, можно купить и продать выгодно. Скажите мне, кто кого продал когда-нибудь в России выгодно продал? Вот чем нужно заниматься.

Уткин: Покажите мне, какие клубы были под вашим руководством. Мало ли какими клубами вы руководили? Я тоже президент футбольного клуба.

Селюк: Больше, чем под вашим руководством. Дослушайте меня.

Уткин: Просто скажите, что вы хотите на место Кикнадзе — и всё.

Селюк: Я не хочу вообще на место Кикнадзе.

Уткин: Так вы только об этом и говорите. Вы не говорите разве что последнего слова. Вы говорите, что все имеют дело не с теми агентами, покупают не тех игроков. Вы знаете, чем должен заниматься генеральный директор, у вас много опыта, вы такой прекрасный. Так скажите, что вы хотите быть на месте Кикнадзе и работать с Сёминым! Так складывается ангажированность, вот и всё.

Селюк: Я делюсь опытом, вот и всё. Опытом преподавателя с учениками. Если бы вы были моим учеником, то уже имели бы свою телевизионную студию.

Уткин: Она у меня и так есть.

Егоров: У меня тоже к вам вопрос. Василий говорил, что есть проблемы с игроками. Фанаты, безусловно, должны были поддерживать Сёмина, но сделали уже это после того, как он ушёл. У меня есть подозрение, что если бы он пользовался такой уж большой поддержкой у футболистов, у сотрудников клуба, то его бы никогда не убрали. Веское слово Гильерме, Миранчуков и Крыховяка могло бы помочь. Игроки ведь не могли бы просто так отпустить такого тренера, который даёт результат.

Селюк: Я согласен, вчера давал интервью ‚Чемпионату‘, так вот я про это и сказал. Футболисты должны были определить свою позицию, как и тренерский штаб. Это человеческие отношения.

Уткин: Так они её и определили, они не стали поддерживать Сёмина.



Селюк: Если вы посмотрите на сегодняшний день, все футболисты в своих соцсетях…

Уткин: Поблагодарили, попрощались и сказали хорошие слова вслед, это же хорошо. Я тоже так могу.

Селюк: К сожалению, в России это не принято. Футболисты боятся, что если из них кто-то выскажет свою позицию, то может что-то произойти. Высказал свою позицию только Коломейцев. Потому что я уверен, что с ним не будут продлевать контракт или что-то ещё. Он сказал, что это решение неправильное. Любой человек, который будет говорить, что это правильное решение, очень сильно упадёт в моих глазах. Я объясню почему, дело не в Сёмине, пусть будет Пупкин. Дело в истории клуба. Чисто с человеческой точки зрения Сёмин был достоин большего. Сказать ему, вот ещё один год, мы вас провожаем на заслуженный отдых, вы становитесь почётным президентом, но не поступать так, как сейчас. Получилось так, что от него избавились.

Уткин: Дмитрий, у него контракт закончился! Просто закончился контракт, который когда подписывали, все знали, что он закончится в этот день. Что случилось нового?

Селюк: Всегда было так: ‚Если ты попадаешь в пятёрку, например, то он пролонгируется‘. Сейчас Сёмин был в своём доме, и он не ожидал, что ему во время перехода из одной комнаты в другую подставят подножку. Так получилось, что его подставили.

Уткин: У него закончился контракт, в доме по контракту не живут. Из квартиры, если у вас закончился оплаченный срок, вы выезжаете, понимаете?

Егоров: Василий, вы не думаете, что такая ситуация наоборот пойдёт Сёмину в плюс? Он ведь уходит легендой…

Уткин: Он и был легендой, он ею является в любом случае.

Егоров: И уходит непобеждённым…

Уткин: А это место для непобеждённых, второе? Я просто не знал. Я вообще не хочу торговаться за места. Второе место это тоже неокончательное, так как чемпионат не завершён. Я не знаю, что написано в контракте, но ‚Локомотив‘ перестал бороться за чемпионство ещё до конца первого круга, де-факто.

Егоров: Хорошо, он уходит непровалившимся, пойдёт ему это в плюс?

Уткин: Про непровалившегося никто не спорит. Просто второй сезон был хуже первого, а третий сезон хуже второго. Вот и всё, это никакой не провал. Сначала он взял чемпионство, потом он взял Кубок, а в этом году уже ничего. Каждый год всё хуже.

Егоров: Но теперь ведь может быть так, что если у Николича не пойдёт, то Кикнадзе быстро уволят?

Уткин: Конечно, такое может быть. Я думаю, что, скорее всего, так и произойдёт, если у Николича не получится сразу круто. Если из всей этой ситуации просто убрать имена, если бы я был хозяином ‚Локомотива‘, я бы прекрасно понимал, что человек, при котором уходит легендарный тренер, ещё и конфликтно, если он ещё и остаётся после этого и у него ничего не получается потом, — я его уволю, и это будет мой шанс переиграть всё заново. Но больше всего меня, конечно порадовало сравнение Сёмина с Фергюсоном, вы бы ещё с Дель Боске его сравнили, с Хайнкесом. Хайнкес выиграл и ушёл. Фергюсон сам выбрал время своего ухода. Фергюсон же не вёл себя как Юрий Павлович: ‚Если вы меня уволите, то я болельщиков за собой приведу‘. Вот красота какая.

Селюк: Вы передёргиваете, с Хайнкесом всё было заранее известно.

Уткин: И тут было заранее известно, что контракт заканчивается.

Селюк: Нет, были договорённости о продлении в том числе.

Уткин: На определённых условиях. Я этих условий не знаю, вы — тоже, подтвердить вы тоже не можете. Давайте просто оставим это за скобками.

Селюк: Если второе место вы считаете плохим для ‚Локомотива‘ и если вы считаете, что оно может быть проиграно, то Сёмину надо было дать время доиграть до конца чемпионата.

Уткин: Вот кому надо было дать, вообще отдельный вопрос. Я говорю о другом — он не занял второе место в этом году. И всё! Прекратите спекулировать, потому что это ложь.

Селюк: У меня к вам вопрос, вы говорите, что опытные футболисты в команде не находят с Сёминым общий язык. Вы кого имеете в виду? Скажите чётко, а не расплывчато. Вы имеете в виду Смолова? Вашего друга и соратника, агентом которого является Ткаченко, ваш работодатель.

Уткин: Мой работодатель?

Селюк: Ну, я не знаю, ваш…

Уткин: …Ну, вы сначала узнайте, а потом говорите. Сёмин — ваш товарищ. Ткаченко — мой товарищ. Да и что в этом такого?

Селюк: Я защищаю Сёмина не просто как товарища, а как…

Уткин: Я сразу сказал, что вам доверяю, а вы на меня выливаете уже третью чайную ложку говна. Что хуже, чем ушат. Что вы несёте, ей-богу. Смолов действительно хотел провести время в другой команде, это факт. Какое это имеет отношение к тому, с кем я дружу? Вы говорите о футболистах, которые не очень хотели работать с Сёминым? Так Сёмина никто не поддержал. Они ему ‚до свидания‘ сказали с удовольствием. Какие ещё вам нужны аргументы?

Селюк: Не с удовольствием. Я уверен, что это не так.

Уткин: Все, кроме одного. Кроме Бориса Ротенберга, я думаю. Человек, прямо заинтересованный в торговле с ‚Локомотивом‘, у которого есть бизнес в ‚Локомотиве‘, продолжает нести какую-то ерунду об ангажированности, притом что я вас всё время с улыбкой выслушиваю. То торги с ним не ведут, то алжирец какой-то у вас чуть игрока не спёр. Что вы, в конце концов, несёте? Вы каждой своей фразой подчёркиваете свою заинтересованность в итоге этого дела. А потом ещё говорите о дружбе с Германом Ткаченко, которую я не скрываю, о которой вы от меня и знаете, между прочим.

Селюк: Мне наплевать на этого алжирца.

Уткин: Так не говорите о нём. Наплюйте на него вместе со мной.

Селюк: Но зато на каком низком уровне общается Кикнадзе для того, чтобы добиться определённых результатов. Время всё расставит по своим местам. Главное, чтобы Кикнадзе вышел и сказал: ‚Я приглашаю Николича, и если он не справится, я уйду вместе с ним‘.

Уткин: Я и не спорю, что можно было разыграть ситуацию по-другому. Абсолютно согласен, что это разыграно и подано всё было бездарно. Кто с этим спорит? Но всё это не отменяет того, что Юрий Павлович Сёмин — ‚пенсионер‘. И сэр Алекс Фергюсон, которого только что авторитетнейший журнал признал лучшим тренером мира в истории, к возрасту Юрия Павловича уже два года не работал, хотя выиграл всё на свете, понимаете?! Тоже человек критически к себе относился.

Селюк: Каждый в своём возрасте себя чувствует по-разному.

Уткин: Просто не сравнивайте Сёмина с Фергюсоном. Это неподходящий пример. А то, что каждый человек в разном возрасте чувствует себя по-разному, я согласен с этим.

Селюк: Тогда о чём мы спорим, если вы согласны, что форма увольнения была выбрана неправильно?

Уткин: Форма — неправильная, а суть — правильная.

Селюк: То, что Сёмин возрастной тренер, никто не сомневается. В этом тоже вопросов нет. Ну и моё глубокое убеждение, что, если сейчас команда идёт на втором месте, никого не надо снимать.

Уткин: Если бы это было увольнение по действующему контракту, тогда не надо, а так нормально.

Селюк: Смотрите ещё раз: они продлевают контракты с определёнными футболистами контракты, как рекомендует ФИФА. А почему так нельзя с тренером?

Уткин: Это неправда. ФИФА это рекомендует всем, а дальше уже каждый клуб сам вправе решать, с кем так делать, а с кем нет. Это его полная свобода.

Селюк: Так почему тогда они не продлевают Сёмина до окончания чемпионата?

Уткин: Очевидно, что есть история взаимоотношений — и продление к добру не приведёт.

Селюк: Ну, посмотрим. Потом вы будете говорить, что они заняли не второе место, а это всё ещё вина Сёмина, хотя будет уже не он.

Уткин: Ни в коем случае, я также не говорю, что выбор Николича прекрасен. Я даже не знаю, каким ‚Локомотив‘ будет дальше. Это тяжёлый путь. Только он был бы значительно проще, если бы Юрий Сёмин, как другие великие люди, вовремя ушёл и назначил преемника. Тот же Арсен Венгер до последнего с достоинством руководил клубом. Вот что происходит в нормальных ситуациях. Дальше, как я сказал, будет труднее, но ещё труднее от того, что бывший главный тренер во главе армии болельщиков сидит у входа и делает вид, что его все обидели. Так не делали ни Фергюсон, ни Венгер, ни Дель Боске, которого, кстати говоря, уволили неприятным образом.

Селюк: Почему вы считаете, что он сидит обиженный? Во-первых, у него контракт до 31 мая. Он может или беседовать с руководителями клуба, либо до 31 мая он не имеет право даже вам дать интервью о том, что его беспокоит?

Егоров: Сёмину ничего и никогда не мешало давать интервью.

Уткин: Он тысячу раз это делал, ещё тысячу раз сделает. О чём мы вообще говорим?

Селюк: Если вы помните, Сёмин давал интервью, когда не было коронавируса и можно было созвать пресс-конференцию. Сейчас он сидит на самоизоляции и выполняет определённые правила.

Уткин: Мы все на самоизоляции и в ‚зуме‘ разговариваем прекрасно.

Селюк: Сёмин — фигура такого масштаба, которая будет ждать, пока закончится коронавирус, и соберёт пресс-конференцию.

Уткин: Абсолютно всё, что вы говорите о Сёмине, можно сказать и про Путина. Никто не хочет, чтобы он оставался.

Селюк: Зачем вы сразу ставите сюда политику?

Уткин: Я не политику ставлю. Вы говорите про алжирцев, бизнес, а я говорю, что ровно такие же доводы можно подставить под тот факт, что Владимир Путин должен оставаться президентом Российской Федерации и править вечно. Вы сейчас повторяете ровно всё: заслуги, стаж, одно неотделимо от другого. Я это слышал тысячу раз, и для меня это уже ничего не значит, уж простите.

Селюк: Василий, что касается Путина. Считаю, что в момент коронавируса вообще говорить о руководстве страны не стоит — что в России, что в Америке, что в Испании.

Уткин: В Америке об этом говорят. Там выборы скоро.

Селюк: Вы ловите хайп на этом. Ругай царя, как говорят. И тогда будет у тебя больше славы. Но. Сегодня ситуация по Испании, к примеру, такая: Каталония хотела отсоединяться, были дрязги между Мадридом и Барселоной. Но случился вирус — все едины. А у вас всё время Путин неправ.

Уткин: Вы в этой стране не живёте, не учите меня в ней, пожалуйста, жить.

Селюк: Очень просто ругать всех тех, кто должен чем-то заниматься.

Уткин: Я это много раз слышал. Поучите меня ковырять в носу, Дмитрий.

Селюк: Я сам не ковыряюсь, поэтому научить вас этому будет тяжело. Этому научитесь у Германа Ткаченко.



Егоров: Вы сказали, что Сёмин сейчас не может дать пресс-конференцию. Я не согласен, он мог в любой момент дать интервью без согласования с пресс-службой, он уже писал книгу. Он конфликтует со всеми: Геркусом, Кикнадзе. Он мог из-за личных обид на Геркуса заблокировать трансфер. Например, Караваева. Зачем Сёмин это делает, если он всего лишь тренер?
Селюк: Как это не должен?! Возьмите Алекса Фергюсона. Кто должен решать, какой игрок должен прийти? Тренер или гендиректор?

Уткин: Но только когда Пеп Гвардиола как тренер решил, что ему не нужен Яя Туре, вы из своей барселонской квартиры до конца карьеры Туре полоскали Гвардиолу обидными выражениями. И это был Гвардиола, который в футболе добился больше, чем Юрий Палыч Сёмин.

Селюк: И Гвардиола добился, и Сёмин добился. Василий, вы только что говорили, что форма расставания неправильная. И мы с вами в этом сошлись.

Уткин: Да. Но это касается обеих сторон. И клуба, и Сёмина.

Селюк: Нет. Работодатель берёт инициативу в свои руки, а не работник. Поэтому тут должно было всё идти сверху. Они должны были встретиться, об этом давно шла речь. Я уже как несколько месяцев знаю, что Николич подписан контракт.
Уткин: Я тоже знаю об этом несколько месяцев, ну и что? В ‚Локомотиве‘ вообще тайны не держатся.

Селюк: Это пришло с сербской стороны. Вы считаете, руководители не должны договориться с Сёминым? Сказать: ‚Как заканчивается чемпионат, вы заканчиваете, образно говоря, свою работу, выбираете должность, если хотите, если не хотите — не надо‘. Этого не было сделано.

Уткин: Вы упускаете очень важный нюанс. Сёмин — не Хайнкес. Его уже несколько раз пытались убрать из ‚Локомотива‘. Он говорил: ‚Я всё сделал по-своему‘. Есть репутация.

Селюк: Василий, не нужно принижать российских тренеров.
Уткин: Я не принижаю. Во-первых, Хайнкес добился большего, чем Сёмин, во всех отношения. Я говорю всего лишь о том, что с Юрием Павловичем разные руководители в разное время уже пытались договориться, чтобы он ушёл по-хорошему. Но этого не происходило. Это репутация, вот и всё.

Егоров: После того как Сёмин ушел в первый раз, в ‚Локомотиве‘ были: Коусейру, Билич, перспективные тренеры при Смородской, у которых неудачно сложилась карьера в ‚Локомотиве‘. При этом, когда Сёмин в последний раз появился в клубе, вы ведь тоже с долей иронии относились к этому. Тогда практически ушли Миранчуки, мы не знали, кто такой Баринов, не было Крыховяка, только что перешёл Фарфан. Почему именно при Сёмине ‚Локо‘ взял титулы? Ему так везёт или что?

Уткин: А в предыдущий раз Сёмин пришёл при Липатове — ничего не получилось.

Егоров: Давайте возьмём этот раз.

Уткин: А почему лучше нужно брать этот раз? Вот сколько сейчас проработал Сёмин? Четыре сезона, если округлять. Получается, что за это время он испортил отношения со всеми менеджерами. Это не слишком скандальная репутация, чтобы работодатель не хотел с тобой иметь дело?

Егоров: Я согласен. Но почему Билич и Коусейру не смогли, а Сёмин смог?

Уткин: По целому ряду причин. Чемпионат, когда там работали Билич и Коусейру, был сильнее. Тот уровень, на котором Сёмин пребывает, раньше соответствовал тому месту, на котором пребывала ‚Мордовия‘, а сейчас соответствует месту, за которое борется ‚Локомотив‘. Вас устраивает такое объяснение? Это не опровергнуть, потому что это правда.

Егоров: В тот год, когда ‚Локомотив становился чемпионом, в ‚Зенит‘ пришла целая группа дорогостоящих иностранцев, Паредес, Манчини. Нет, не спорю, что чемпионат стал заметно слабее.

Уткин: Если вы говорите это мне, то должны вспомнить, какими словами я называл Манчини. В моей вселенной ‚Зенит‘ не был грозной силой при Манчини.



Егоров: То есть успех Сёмина — стечение обстоятельств?

Уткин: Нет. Всё, что вы сказали, подчёркивает тот факт, что победа очень сложное явление. В котором очень важно, кто тренирует, кто клуб финансирует, кто управляет, кто как за него играет. А вы все победы приписываете Сёмину, а на неудачи говорите, что дело в том, что кого-то не привезли. Надо что-то менять. Пора менять тренера, команду тоже надо менять. Один состарился, один ушёл, надо пересматривать зарплатную ведомость. Это процесс нормальный, в котором решение руководства ‚Локомотива‘ вполне нормальное.

Селюк: Сёмин не разово выиграл. А за несколько лет завоевал столько титулов, что не смог сделать не один другой тренер. Он самый титулованный за этот период.

Уткин: Ну, а за постсоветский период Романцев самый титулованный. Ну и что, прости господи? Это ничего не значит.

Селюк: Мы говорим про сейчас. Его же сейчас увольняют. Чемпион, два Кубка. За такое увольняют?

Уткин: Но в этом году нет титулов.

Селюк: Допустим, вы является преподавателем школы тренеров. Вы приходите и рассказываете тренерам молодым, как что делать, бывшим футболистам. Они говорят: ‚А нам какая разница, мы видим, что Сёмин добился всего за три года, но его убрали‘. Все будут думать, что ‚важно не добиться результата, а важно быть в хороших отношениях с гендиректором‘. Это большая проблема всего российского футбола.
Уткин: Я очень уважаю ваш опыт, но мы с вами один раз прямо зацепились языками в оценке одного тренера. И я этот спор у вас выиграл в первую неделю его назначения. Речь о Григоряне в ‚Тамбове‘. Я хочу вас спросить — вы говорите, что отношения важные вещь. Так вот — вы бы имели в клубе тренера, который не так на вас смотрит? Каким-то образом противопоставляя себя вам? Я уверен, что нет. Вы индивидуалист-собственник, это ваша сильная черта. Вы бы его выгнали. У вас был бы клуб, в котором тренер работал бы 20 лет? Нет, вы эту ситуацию на себя не примерите. Отдавайте себе в этом отчёт. О чём тут говорить?

Селюк: Если взять это, то сегодня уже всё. Сёмин — последний из могикан. Я не думаю, что будут клубы, где тренеры работают по 20 лет.

Уткин: Так говорят каждый раз, а потом это случается. Будет или не будет — какая разница? Ни то, ни другое не гарантирует результат.

Селюк: В этом что-то есть. Я тоже с Сёминым и ругаюсь по-дружески, и так далее. Правильно. У него есть черты характера, которые, возможно, не нравятся и мне тоже. Но это не так важно.

Уткин: Не так важно в оценке его фигуры, а в оценке, работать ли с ним дальше, очень важно.

Егоров: При вашей оценке, Василий, Сёмина мы будем брать общественное мнение, которое формируется в комментариях. Когда Уткин комментирует Сёмина, довольно часто всплывают слова: ‚Ну, это его дружба со Смородской‘ и так далее. Когда вы это видите, когда вам припоминают Смородскую в этом контексте, что вам хочется ответить?

Уткин: Ничего совсем, абсолютно. Я просто понимаю, что люди руководствуются собственными предубеждениями. Смородской давно в клубе нет. В клубе на позиции Смородской работал человек, с которым меня связывает дружба. Мы с ним вместе работали над контрактом показа РПЛ. Я имею в виду Геркуса. Большая работа им была проделана, которая сейчас лежит в основе показа РПЛ. Мои отношения с Сёминым тоже поменялись несколько раз. Людям нравится вспоминать Смородскую, пусть вспоминают. Я же не опираюсь на тот или иной опыт, я вообще не говорю инсайды. Если бы опирался на мнение Смородской, инсайды бы от меня исходили или другие корявые сплетни. Когда я говорю о Сёмине, просто отвечаю на вопросы. Я с января знаю, что Сёмина в команде не будет. Но ничего не говорил и не писал. Я высказываюсь по актуальным вопросам футбольной жизни. Мне всё равно, что Гинер думает по этому поводу и так далее. И всё равно, что болельщики "Локомотива" думают.



Егоров: То есть в моменты, когда вы записываете ролик с рассказом сотрудника о том, что Сёмин не выполняет медийные обязательства и говорит что-то лишнее, а потом заканчиваете ролик словами: «А вы увольте», то в тот момент вы уже знаете, что примерно будет?

Уткин: Это я пересказывал ситуацию, сложившуюся на исполкоме РФС. Это было перед Новым годом, в декабре.

Егоров: Кто для вас вообще Сёмин? Враг? Интересный персонаж российского футбола, с которым отношения могут поменяться? Реально ли его возвращение ещё раз?

Уткин: Меня часто спрашивают: «А как вас представить?» Для меня Сёмин – это Юрий Сёмин. Он очень специфическая фигура. У него есть важные сильные стороны, я об этом много раз говорил. Мне представляется, что у него есть важные личностные качества. Не могу сказать, что мне они известны полностью. Конечно нет. Но, например, кто бы обратил внимание на то, что Сёмин безумно стильно одевается, если бы я об этом не талдычил каждую неделю на протяжении двух лет. Ему даже пришлось объяснять, что одежду ему выбирает его замечательная супруга. Мне интересен он в самых разных проявлениях. Есть прикладной вопрос – является ли он актуальным тренером? Он провалился в «Динамо», в сборной России, крайне неудачно провёл один из периодов, когда возвращался в «Локомотив».
Не надо его обожествлять — он живой человек. Есть прошлое, есть настоящее. Давайте относиться к нему уважительно в этих рамках. Ни Дель Боске, ни Арсен Венгер, ни Фергюсон никогда не вели себя с клубом с позиции легенды. Это клуб снабжал их атрибутами легенды. Должность Венгера при первом подписании контракта называлась MiracleMaker – чудотворец.
Что касается менеджерского опыта, которым располагает Дмитрий Селюк, то я очень его уважаю, но не слышал, что его команды выигрывали Лигу чемпионов, побеждали в престижных чемпионатах. Мне есть с чем сравнить. Всего лишь навсего мой скепсис в отношении Сёмина связан с тем, что при нём «Локомотив» добился бы большего, чем сейчас. Был бы способен добиваться большего и продолжать прогрессировать. Вот о чём я говорю. Я не хочу сказать, что я за Николича. Но я хотел бы, чтобы у него получилось из-за мужской солидарности. Он ещё ничего не сделал, а против него уже всех настроили. Из-за этого я бы хотел, чтобы у него получилось. Но неизвестна логика его выбора. В данный момент не менее важно, кем «Локо» будет комплектоваться. Кого купит, с кем расстанется. Никаких прогнозов на ближайший год для «Локомотива» я сделать не могу. Скорее всего, имея такого соперника, как Сёмин, который наверняка будет манипулировать болельщиками, ситуация будет трудной. В ближайший год клуб, возможно, ждут неудачи. А это только подчеркнёт правильность решения о расставании с Юрием Палычем. Это не отменяет того, что Сёмин сыграл огромную роль в нашем футболе. Он выдающийся тренер, но отнюдь не великий даже в последние 20 лет. Романцев — фигура значимее, Газзаев добился большего, но там проблемы с эволюцией личности очень серьёзные. Вот и всё.
Скажу ещё одну важную вещь: в лице Сёмина мы прощаемся с поколением тренеров, которых мы можем называть советскими людьми. Их за это нельзя ругать, это не меняет отношения, не перечёркивает заслуг. Но и Тарханов, и Гаджиев, и Сёмин до самого последнего конца стремятся занимать своё положение. Во многом молитвенное отношение к ним и средний уровень менеджмента последние лет 10 создал ситуацию, когда новая волна тренеров просто не поднялась. Это существенно. Это не прямая вина, но прямое следствие молитвенной репутации. Если бы сейчас человека в любом клубе назначили человека, дали денег и сказали бы: «Не подведи, результат нужен». Тогда он всегда пригласит человека, который давал результат раньше и позже. Только человеку существенно за 60. Мы считаем Карпина молодым тренером, хотя ему за 50. А Романцев добился первого успеха, когда ему было за 30, Стартостин доверился. А сейчас этого не происходит. Это важная веха. Прошлое, которое необходимо своевременно ставить на полку, но не подвергать забвению. Говоря всё это, я сам уволенный менеджер в профессии, которая казалось невозможной без большого СМИ, прекрасно нашёл себя в жизни. Я не хочу выкинуть Сёмина из жизни. Я говорю лишь о взаимоотношении тренера и клуба – всё.

Егоров: Дмитрий, что будет с Сёминым дальше? Вы знаете его хорошо? Он начнёт войну? Есть ли у него силы?

Уткин: Она уже идёт.

Селюк: Никакой войны не будет. Зачем ему воевать? Жизнь расставит на свои места, я уверен. Василий, к сожалению, не видел, команды, которые выигрывали со мной Лигу чемпионов. Зато у меня есть футболист, который выиграл Лигу чемпионов и всё, что можно.

Уткин: Один.

Селюк: Это не так важно. Но и Василий не видел перед собой Нобелевскую премию. Когда присудят, тогда будете говорить о моих футболистах. Я выращиваю молодых футболистов, но не хочу про себя. Давайте про Сёмина.

Уткин: Кроме вас, никто не говорит, что вы выращиваете молодых футболистов.

Селюк: Они получают деньги, а я именно выращиваю. Я занимаюсь этим. Но обо мне в следующий раз. Мы хотим закруглить ситуацию по Сёмину. Что касается его вопроса, мы оба согласны, что он легенда. Думаю, Василий не против. Что он добился больших результатов. И согласны, что форма, выбранная клубом для расставания, не совсем правильная. Что они могли сделать это по-другому. Это очевидные вещи. Василий говорит, что футболисты не выступили. Тут поддерживаю Василия. Тоже считаю, что игроки должны были, как минимум, и тренерский штаб тоже – высказать позицию.
Но в России не принято высказывать свою позицию – ни футболистам, ни тренерскому штабу, потому что они думают о продлении контрактов, о дальнейших перспективах. Они боятся высказать своё мнение. Надо помогать открываться людям. В «Барсе» невозможно, чтобы одно взяли, второго прибрали. Я хочу сказать, что, безусловно, Юрий Палыч – тренер, которого уважают болельщики всех клубов.
Массимо Каррера – его кто-то любит, кто-то не любит. Есть сторонники, есть противники, а Сёмин – он отождествляется как человек, которого уважают. Я думаю, что если сегодня провести голосование, как Василий любит, то большинство голосов будет за Сёмина.

Уткин: Как и за Путина.

Селюк: А жизнь нас рассудит и всё расставит на свои места, поэтому мы увидим, правильно ли поступили в «Локомотиве». Я считаю, что люди, которые приняли это решение, должны нести ответственность. Василий – мастер художественного слова. Он успел подстелить подушечку под Кикнадзе.

Уткин: Вы опять передёргиваете, по-моему. Помните, я говорил, что гендиректор, который принял такое решение, – главный кандидат на увольнение при первой же неудаче.

Егоров: Но Сёмин вернётся?

Селюк: То, что Сёмин будет переживать и жить «Локомотивом», — это без сомнения.

Егоров: Как и Василий понимает, что Сёмин всегда будет где-то рядом.

Уткин: Я считаю, что Сёмин вернётся на «Локомотив» в течение ближайшего года в качестве ростовой скульптуры у входа на стадион.

Селюк: Я ещё хочу добавить. Скульптуру надо сделать безусловно. Плюс при жизни.

Уткин: Я надеюсь, что Юрию Павловичу ничего не угрожает. У него блистательное здоровье для его возраста и для возраста лет на 10 меньше. Надеюсь, что будет соблюдать самоизоляцию.

Селюк: А вы соблюдаете?

Уткин: Стараюсь, по мере возможностей.

Селюк: Берегите себя.

Уткин: А у вас в Испании выходят аплодировать разным городским службам или это уже закончилось?

Селюк: Закончилось, потому что уже можно гулять. Можно гулять как раз в то время, когда обычно аплодировали врачам, полицейским и всем, кто работал.

Уткин: Ну прекрасно, успехов.

Селюк: Всего хорошего – и спасибо!
21
4
добавил: sheff
А также читайте
Лучшие комментарии
Сравнить Семина с Путиным это ппц... Палыч пришел после черного времени и принес кучу трофеев, если бы Путин в последние годы так сделал его бы никто не желал снимать.При этом его выбирали из клуба 2 раза, а Путин сидит у власти 20 лет.Вася топит за либерализм, хотя сам явный шовинист. Ему просто возраст Палыча не нравится, вот и все.
20
Слушать обоих на протяжении полутора часов, нуууужнеееет. ☢️ Всем уже итак понятно, что за дичь произошла.
9
Комментарии46
Только зарегистрированные пользователи могут просматривать и оставлять комментарии, войдите или зарегистрируйтесь
Информация
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 1 дней со дня публикации.